УГОЛОВНЫЙ ПРОЦЕСС В ВОПРОСАХ И ОТВЕТАХ. ПОСОБИЕ

Наличие вступившего в законную силу судебного приговора по тому же обвинению либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела по тому же обвинению является основанием для прекращения уголовного преследования конкретного подозреваемого или обвиняемого в тех относительно редких ситуациях, когда выяснится, что оно необоснованно возбуждено, потому что данное уголовное дело является вторым по счету по поводу одного и того же преступления, а первое уже разрешено в установленном законом судебном порядке. В основе указанных правил находится известное положение, согласно которому никто не может отвечать дважды за одно и то же (№o№ bis i№ idem). Данное положение признано мировым сообществом и получило закрепление в Международном пакте о гражданских и политических правах, статья 14 которого гласит: «Никто не должен быть вторично судим или наказан за преступление, за которое он уже был окончательно осужден или оправдан в соответствии с законом и уголовно-процессуальным правом каждой страны».

Наличие неотмененного в отношении подозреваемого, обвиняемого постановления органа дознания, следователя о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела влечет прекращение уголовного преследования, если в процессе расследования будет установлено, что это уже второе уголовное дело о том же самом преступлении, а первое получило свое законное разрешение на досудебных стадиях уголовного процесса в результате отказа в возбуждении уголовного дела или же прекращения дела, и что соответствующий уголовно-процессуальный акт вступил в законную силу и не отменен, хотя судебная власть в разрешении данного дела вообще не участвовала.

Отказ Государственной Думы в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица (п. 6 ч. 1 ст. 27 УПК) как основание прекращения уголовного преследования имеет конституционную основу, посвящено особому статусу лица, названного в данной норме УПК, и перекликается с ч. 7 ст. 448 УПК, расположенной в главе 52 «Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц» (см. текст этой нормы — привилегии).

3. Согласно ч. 3 ст. 27 УПК уголовное преследование в отношении лица, не достигшего к моменту совершения деяния предусмотренного УК возраста, с которого наступает уголовная ответственность, подлежит прекращению за отсутствием состава преступления 1 (мыслится — отсутствие субъекта преступления). За отсутствием состава преступления подлежит прекращению уголовное преследование и в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного УК (так называемая ограниченная вменяемость). Эти правила в теоретическом отношении спорны. «Презумпция неразумения», на которой базируются нормы об освобождении от уголовной ответственности лиц, не достигших определенного возраста, и отсутствие состава преступления — явления принципиально различные. Отсутствие состава преступления — реабилитирующее основание освобождения от уголовной ответственности. Его применение означает, что гражданин оказался жертвой судебной, следственной или прокурорской ошибки (или всех вместе взятых ошибок) и что государство по отношению к такому гражданину является должником, чего никак нельзя сказать ни про одиннадцатилетнего или ограниченно вменяемого семнадцатилетнего убийцу, ни про тринадцатилетнего разбойника.